Спасо-Влахернский женский монастырь. Святые подвижники, новомученики

Преподобноисповедница Параскева (Матиешина)
/Собор Дмитровских новомучеников/
Параскева (Матиешина) родилась в Подольской губернии (ныне Украина). Росла она в благочестивой крестьянской семье, с раннего возраста посещала вместе с родителями богослужения, соблюдала посты, была обучена грамоте и очень хорошо знала Священное Писание. Особенно любила читать послания Апостолов и Евангелие от Иоанна Богослова. И с самых юных лет Параскева старалась быть внимательной не только к своим поступкам, но и к мыслям, не позволяя себе даже подумать о ком-то плохо. «Во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними, ибо в этом закон и пророки (МФ.7, 12)». – всегда я об этом думала, – вспоминала инокиня Параскева, – и при всяком деле и слове задуманном я говорила: «А если бы мне такое сделали и сказали, как бы я себя чувствовала?». Если мне после этого что казалось худым, я то и оставляла. Поэтому я даже в шутку никогда никого не обманывала и не пугала, как это часто бывает среди молодежи.
После смерти матери Параскева осталась жить с бабушкой. У нее очень рано появилось желание уйти в монастырь. В 1907 году она поступает в Теолинский монастырь. Еще до ухода в него Параскева усиленно молилась, чтобы Господь указал ей место, где ей быть. И вот однажды увидела она во сне Икону Божией Матери, украшенную синей лентой, на которой было написано: «В этом монастыре ты будешь жить». В Теолинской обители такой иконы не было. Зато, спустя время, остановившись по промыслительному случаю в Турковицком монастыре (где ей пришлось задержаться из-за ослабленного здоровья) она нашла ту самую чудотворную икону Божией Матери.
После 1914 года, уже будучи послушницей Турковицкой обители, Параскева оказалась на Дмитровской земле (монастырь был отправлен сюда в эвакуацию), так здесь за послушание и осталась. Она занималась с крестьянскими детьми села Подлипичья церковным пением. Позднее в Дмитрове познакомилась с Епископом Серафимом (Звездинским) и стала его духовной дочерью.
В 1921 году Владыка Серафим постриг Параскеву без перемены имени в рясофор и определил ее в число сестер Спасо-Влахернского женского монастыря. Но основным ее послушанием по благословению Епископа Серафима по прежнему оставались занятия с крестьянскими детьми, а также алтарное служение в Казанской церкви Подлипичья. (прим: Владыка Серафим (Звездинский) посвятил ее по особому древнему чину в диакониссы).
В 1931 году инокиня Параскева (Матиешина) была арестована и приговорена к 5 годам ссылки (прим: ссылка проходила в Казахстане, в пригороде Алма-Аты. Магометане уважали ее и почтительно называли «сестра». Спустя время инокиню перевели в г. Барабинск (Новосибирская обл.)).
В Алма-Ате инокиня Параскева сумела повидаться со своим духовным наставником Епископом Серафимом (который также находился в то время в ссылке в Казахстане). По завершении заключения она вновь приехала к нему за советом – как быть ей теперь и куда направиться. Владыка Серафим, помолившись, благословил ее словами из книги Иова (гл.28, стр.23): «Бог знает путь ее, и Он ведает место ее». Это была последняя встреча с ним. В 1937 году священномученик Серафим (Звездинский) был расстрелян в Омске…
А инокиня Параскева после ссылки проживала в Астрахани, там и застала ее война. А после она вернулась в Дмитров и покуда позволяло здоровье, служила в ставшей уже родной Казанской церкви. Своего угла у нее не было, жила у разных людей, а в последнее время – в доме одной из своих бывших учениц. Она очень тяжело болела, но несмотря на тяжкие страдания, старалась сама утешить всех, кто к ней обращался за духовным советом, не оставляла молитвы и была предана Господу до последней минуты.
В 1953 году, в праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы, матушка Параскева обрела покой и была похоронена на городском кладбище города Дмитрова.
День Памяти совершается 5 декабря (22 ноября — по старому стилю)
(прим: Заседание Священного синода Русской Православной Церкви от 27.12.2000 года определило включить в Собор новомучеников и исповедников российских ХХ века имена подвижников, в числе которых были протоиерей Николай Крылов и инокиня Параскева (Матиешина). Благословением Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II (от 23.08.2001г) была образована Епархиальная Комиссия по обретению святых мощей преподобноисповедницы Параскевы (Матиешиной). 11 сентября 2001 года было совершено обретение честных мощей преподобноисповедницы Параскевы. До 30 сентября мощи находились в Борисоглебском мужском монастыре г. Дмитрова, а 30 сентября они были перенесены в Спасо-Влахернский женский монастырь. Рака со святыми мощами находилась в церкви «Нечаянная радость», а затем ее поместили во вновь выстроенный храм великомученика Димитрия Солунского. В 2009 году была издана, а в 2015 – переиздана с дополнениями Книга «Житие преподобноисповедницы Параскевы Спасо-Влахернской»).

Преподобномученица Рафаила (Вишнякова)
/Собор Бутовских новомучеников/
Схимонахиня Рафаила (Вишнякова), в миру Марина Архиповна Вишнякова, родилась в крестьянкой семье в деревне Вилятово Новогрудского уезда. В возрасте 19 лет поступила послушницей в красностокский Рождество-Богородичный монастырь, располагавшийся недалеко от города Гродно (ныне Республика Беларусь). Монастырь этот славился подвижничеством и чудотворной иконой Божией Матери «Красностокская». Здесь послушница Марина, приняв монашеский постриг, подвизалась в течение 16 лет.
Во время первой мировой войны она вместе с монастырем была эвакуирована в Москву. Посещаяя Троице-Сергиеву лавру, монахиня познакомилась с игуменом Варфоломеем (Ремовым). Через несколько он постриг ее в схиму с именем Рафаила и в дальнейшем, уже будучи архимандритом (позднее епископом), владыка Варфоломей не оставлял духовного попечения о схимонахине Рафаиле.
В 1918 году насельницы красностокского монастыря были распределены по монастырям Московской епархии. Схимонахиня Рафаила, единственная из красностокских монахинь, кто поступил в Спасо-Влахернский женский монастырь.
Находясь в Спасо-Влахернском женском монастыре, матушка Рафаила сблизилась с инокиней Параскевой, которая считала ее своей духовной матерью.
Особое же влияние на формирование духовного устроения самой молодой схимонахини Рафаилы оказала схимонахиня Серафима (Кочеткова) — старица Влахернской обители, неустанная молитвеница, известная высокой духовной жизнью, почитавшаяся духовенством и архиереями.
После закрытия Спасо-Влахернского женского монастыря и упразднения Влахернской сельхозартели монахини были изгнаны со своего места. И оставшиеся годы жизни схимой преподобномученицы Рафаилы (Вишняковой) стал многоболезненный подвиг странничества. Неся этот тяжкий Крест, будучи без крова и пищи, она все равно не оставляла служения Христу. В церквах говорили, что схимница занимается предсказаниями, которые звучали так: «Это Бог в наказание за грехи народа послал нам власть безбожную. Он смилуется, будет война, огнем очистится эта власть антихристова».
14 февраля 1938 УНКВД СССР по Московской области было принято постановление об обвинении Вишняковой М.А. в антисоветской деятельности. 17 февраля 1938 года она была расстреляна и в поселке Бутово Московской области. А 22 июня 1941 года началась Великая Отечественная война, как и предсказывала матушка Рафаила – Священная война.
День памяти: 17 февраля (4 февраля по старому стилю); Собор новомучеников, в Бутове пострадавших.

Схимонахиня Серафима (Кочеткова)
Матушка Серафима (в миру Мавра Кочеткова) родилась в 1858 году. Семья ее принадлежала к мещанскому сословию. Поступила в Спасо-Влахернский женский монастырь примерно в 1881? году (повторно? в 1908 году). Подвергаясь в начале иноческого пути многим искушениям, она непрестанно молилась о том, чтобы Господь укрепил ее и послал утешение. Господь услышал. Дано ей было принять и понести Крест тяжелого недуга. И она его приняла. Очень скоро монахиню Серафиму разбил паралич. В августе 1909 года она была пострижена в схиму. С этого часа до самой своей смерти, прикованная к одру, схимонахиня Серафима непрестанно творила молитву. «Неусыпная молитвенница и великая постница», – о ней единственной была сделана такая запись в монастырской книге.
В монастыре матушку Серафиму считали прозорливой и много было тому свидетельств от разных людей. Ее чтили как старицу не только насельницы и духовенство, но и многие архиереи. Уже находясь в заточении епископ Серафим (Звездинский) не забывал добавлять в своих письмах: «Мое благословение сестрам влахернским, схимонахине Серафиме» … «Наше благословение схимонахиням Серафиме, Рафаиле, Марии».
Накануне своей кончины матушка Серафима причастилась Святых Таин Христовых, пособоровалась. Вечером (13 июня 1928 года) она отошла ко Господу. Незадолго до этого матушка предсказала, что после ее смерти обитель постигнет беда. Так оно и вышло – был сильный пожар, а вечером пришло сообщение о решении властей закрыть Влахернскую артель. Похоронить схимонахинию Серафиму на монастырском кладбище уже не могли. Она была похоронена на общем (поселковом) кладбище. Много лет спустя отыскалось завещание старицы Серафимы, в котором просила она: «не забудьте мою грешную душу, также и прах моей могилы»…

Схимонахиня Мария (Буторова)
Матушка Мария родилась в год основания Спасо-Влахернского женского монастыря, в 1861 году. Она была родом из деревни Минеево Дмитровского уезда. В то время часть близлежащих деревень, входили в монастырские владения. Жили в них в достатке, успевали потрудиться и для монастыря, и для своей семьи. Спасо-Влахернский монастырь любили и помогали ему кто чем мог. В младенческом возрасте (4 года) Мария Буторова ослепла. Позднее она поступила в Спасо-Влахернский женский монастырь и прожила в нем до самого его закрытия. А семья Буторовых перехала в д. Свистуха, чтобы быть поближе к обители. Отец Марии построил в монастыре небольшой келейный двухэтажный корпус, в одной из комнат которого и жила Мария.
Святое Писание и богослужебные тексты она читала по книгам для слепых. Матушка Мария никогда не унывала и встречала всех с глубоким сердечным участием и состраданием. Была для многих утешительницей в скорбях. В 1936 году, зная о чаянии Влыдыки Серафима (Звездинского) принять постриг в великую схиму, схимонахиня Мария выслала ему свою схиму.
Не имея зрения физического, она обладала даром внутреннего, духовного, зрения, о чем свидетельствовали воспоминания современников. Вот одно из них, имеющее отношение к концу 20 годов XX столетия, то есть перед самым изгнанием монахинь из обители: «Сергею Оболенскому (прим: князю) было 18 лет. Он работал шофером. Отец его Михаил Федорович Оболенский служил дворником. Когда «мать Катя» (прим: так схимонахиня Мария звала Екатерину Васильевну Киселеву) и Сережа обходили монастырь, им повстречалась матушка Мария. Екатерина Васильевна, подойдя под благословение, попросила: «Матушка, благословите Сережу», – ни слова не сказав, что это князь. Мать Мария перекрестила Сережу, опустившегося перед ней на колени, … и, взяв его голову обеими рукам, с таким теплом, сострадательностью и любовью обратилась к нему. Это был поток доброты…То же повторилось и во вторую встречу матушки с Сережей. Вскоре его арестовали…Провидя скорую и трагическую кончину, она скорбела так сострадая, словно умирала за него. И как бы напутствовала, утешала, укрепляла Сергея».
После разорения и закрытия Влахернской обители, схимонахиня Мария вернулась в деревню Свистуха к своим родным.
3 марта 1939 года она отошла ко Господу. После ее смерти, как она и предсказывала, на территории разоренного монастыря сгорел храм великомученика Димитрия Солунского (который к тому времени использовался в качестве столярной мастерской).

Схимонахиня Мария (Буторова) была также похоронена на поселковом кладбище, близ могилы схимонахини Серафимы (Кочетковой). И трудно было представить, что ее предсказание: «Мы будем на своих местах в церкви во Влахернском монастыре», – когда-либо исполнится. Но время шло своим чередом. В 1987 году было принято решение о ликвидации старого кладбища и строителстве на его месте административного здания управления Канала им. Москвы. В связи с чем предлагалось осуществить перезахоронение умерших родственников на другие кладбища. Зоя Васильевна и Екатерина Васильевна Киселевы, знавшие матушку Марию, принялись хлопотать о возможности перезахоронения стариц. К этому вопросу подключился московский журналист Сергей Федоров, написавший в последствии большой очерк о тех событиях, и многие другие неравнодушные люди. Проблема заключалась в том, что никто из них не был в родстве с матушками и потому не мог произвести перезахоронение на законных основаниях. Монастырь же тогда был в запустении. Но выход нашелся. Для него требовалось получить ходатайство какого-либо православного храма. И храм Вознесения Господня села Перемилово в лице настоятеля Анатолия Пахмутова пришел на помощь.
2 октября 1987 года состоялось перезахоронение праха схимонахини Серефимы и схимонахини Марии перед алтарем Церкви Вознесения Господня в с. Перемилово. А в 2001 году матушки вернулись во вновь открытый Спасо-Влахернский женский монастырь. Так исполнилось сказанное: «Мы будем на своих местах в церкви во Влахернском монастыре».

Священномученик Николай Крылов
/Собор Дмитровских новомучеников/
Священномученик Николай Крылов был последним священником Влахернской обители. Родился отец Николай 26 апреля 1875 года в семье псаломщика Василия Федоровича Крылова. Преподавал в Василие-Кесарийской церковно-приходской школе, служил псаломщиком в Казанской церкви села Подлипичье, во время Первой мировой войны нес послушание духовного попечения о раненных солдатах, занимался просветительской деятельностью, позднее стал преподавать в Ново-Спасском деденевском начальном училище.
В 1925 году епископ Серафим (Звездинский) рукоположил его во священника Спасской церкви Спасо-Влахернского монастыря (тогда уже Влахернской артели). Это было самое время гонений на церковь. Но отец Николай не побоялся принять это служение. Он лично возил в Москву ходатайства от местных жителей и насельниц артели с просьбой не закрывать храмы. В 1928 году отец Николай становится настоятелем Спасского собора и духовником сестер обители. Он молился обо всех, кто к нему обращался.


В 1935 году Спасский собор закрыли. В 1936 году отец Николай был арестован, прямо во время богослужения (прим: тогда он продолжал служение в с. Батраково). Помимо контрреволюционной деятельности на допросе отцу Николаю вменяли в вину «целительство» и «врачевание», так как у него были изъяты письма, в которых люди благодарили батюшку за молитвенную помощь. Со всеми выдвигаемыми обвинениями протоиерей Николай не согласился, имена монахинь, которые скрывались по деревням, также не выдал. 2 декабря 1936 года он был сослан в Казахстан, в Карагандинский исправительно-трудовой лагерь. Там, в лагере, в декабре 1941 года на отца Николая напали уголовники, обобрали его и оставили замерзать на улице. Он опочил в ночь с 11 на 12 декабря 41-го года. В 2000-м году (27 декабря) священник Николай Крылов был канонизирован в лике святых.

Сведений о других священниках обители почти нет. Но по книгам о захоронениях и воспоминаниям жителей назовем имена, которые нам известны: Алексей Борисов, Федор Артемьев, Афанасий Иванов, Никита Фокин, Сергей Тарасов, Иаков Дмитриев, Иоан Иоанов, Василий Архангельский;
Василий Синьковский, Фомиан Бычков, Андрей Савицкий, Павел Преображенский, Амфиан Куньев, Михаил Кадышев, Павел Любимов, Дмитрий Колесов.
Священник Павел Преображенский прослужил в монастыре более сорока лет.
Когда после разрухи монастырская жизнь стала возрождаться, здесь служил священник Валерий Журавлев. Его труд привел к вере и воцерковлению многих людей, теперь уже постоянных прихожан монастыря.

Powered by WordPress and Bootstrap4